«Надо быть в меру голодным до целей», – Александр Торхов об учебе в МГИМО и Гнесинке

ТЕКСТ  Дарья Андреева
Просмотров 697
Почему для того, чтобы стать дипломатом, стоит учиться играть на музыкальном инструменте? Об этом мы поговорили со студентом 2 курса магистратуры ФУП Александром Торховым, который совмещал первые два года обучения в МГИМО с окончанием Музыкального училища имени Гнесиных. Как удавалось одновременно учиться писать на арабском языке и играть на саксофоне? Пригодились ли нашему герою два диплома об образовании? И какую ошибку в начале учебы в МГИМО он долго не мог себе простить? Читайте в нашем интервью.

Расскажи немного о начале своего пути. Как ты начал заниматься музыкой?

До 11 класса я жил и учился в Вологде, где параллельно с обычной школой я учился в музыкальной. Сначала пошёл на фортепиано, а позже мама предложила попробовать обучиться игре на саксофоне. Эта идея мне очень понравилась. «Боже мой, я буду как американские джазмены!» – подумал я. Затем участвовал в различных конкурсах, побеждал в номинациях по двум музыкальным инструментам, а после девятого класса принял решение поступить в Музыкальное училище имени Гнесиных по классу саксофона. 

С этого времени моё расписание уже приближалось к студенческому. Учась в музыкальном колледже, я параллельно готовился к ЕГЭ, Всероссийской олимпиаде школьников и поступлению в МГИМО, занимался профессиональным футболом, получил первый спортивный разряд.

Почему из всех вузов Москвы ты выбрал МГИМО? 

Когда я учился в восьмом классе, мы с семьёй смотрели «Вечернего Урганта». Гостем программы был Сергей Викторович Лавров. Мама вкратце рассказала мне, что он – министр иностранных дел, выпускник МГИМО, знает иностранные языки. 

Образ строго одетого мудрого политика вызвал у меня искреннее восхищение. В тот момент я загорелся идеей – стать дипломатом. Языки мне нравились, но похвастаться знанием английского я не мог. Вдохновившись историей успеха Лаврова и работой в дипломатической сфере, я целенаправленно начал готовиться к поступлению в МГИМО.

Поступить удалось благодаря победе на олимпиаде?

Да, впервые я принял участие во Всероссийской олимпиаде в десятом классе и тогда вышел на регион, где стал первым призёром олимпиады за всю пятидесятилетнюю историю школы. В 2016 году я взял Всеросс и понял, что теперь точно прохожу в МГИМО на бюджет. Музыку, тем не менее, оставлять не хотелось. Лёгких путей по жизни я выбирать не привык, поэтому мы с мамой решили взяться за более сложную задачу – совмещать учёбу в МГИМО и в Гнесинке. Всего в музыкальном колледже я учился четыре года. Два из них в Вологде, в 10-11 классе школы, и два – во время бакалавриата. 

Насколько тяжело было совмещать это с учёбой МГИМО? 

Учёба в двух местах мне давалась непросто, особенно из-за изучения арабского языка. Первое время у меня уходили целые дни на то, чтобы привыкнуть к алфавиту без гласных и письму справа налево. Когда ты переходишь на арабский после русского и английского, то открываешь для себя новый мир буквенных знаков. В зависимости от того, в какой части слова стоит буква, она может иметь разное написание и смысл. Например, в русском языке куда ни поставь букву «с» она в любом месте будет читаться одинаково. В арабском написание «с» может меняться из-за предыдущей и последующей буквы. При этом всегда надо помнить про падеж, род и число чтобы правильно написать предложение. 

А насколько тяжело в это время было учиться в Гнесинке? 

Гнесинка – это отдельный мир, к которому мне было непросто привыкнуть. Огромный массив музыкальных предметов, не связанных с МГИМО, репетиции по несколько часов, концерты. Сейчас, когда нахожу время поиграть на инструменте, вспоминаю, как тяжело давалась Гнесинка. Сколько экзаменов и сессий приходилось сдавать…

Тем не менее, я благодарен двум невероятным профессионалам своего дела, которые дали мне много знаний, всегда подбадривали и помогали советами. Это Друтин Леонид Борисович, очень известный и уважаемый в музыкальных кругах преподаватель и саксофонист, руководитель отдела оркестровых духовых и ударных инструментов, а также Лемберг Софья Юрьевна, преподаватель отдела музыкально-теоретических дисциплин, без которой осилить сольфеджио и гармонию не представлялось бы возможным. Во многом благодаря им я с особой ностальгией вспоминаю учебу в училище им. Гнесиных. Всегда рад общению с ними, которое не прекратилось после выпуска. 

Как удавалось учиться одновременно в двух учебных заведениях?

Первые два курса на бакалавриате были строго расписаны: с утра я был на парах в МГИМО, а вечером занимался саксофоном. По десять-двенадцать часов в день учился писать и думать на арабском, а ещё репетиции… В течение одной сессии у меня было по пятнадцать экзаменов и двадцать зачётов. Приходилось разрываться, поэтому учился в университете я поначалу в среднем на четвёрки. Все неприятности и трудности прошлого разом меркнут, когда понимаю, что время прошло не зря, и я рад, что уже имею два диплома об образовании. 

Что тебе дают два совершенно разных диплома?

Может быть, сам диплом Гнесинки мне и не пригодится по профессии, но я познакомился там с интересными людьми и получил много знаний, применимых не только в музыкальной сфере. 

Сегодня многие люди говорят «консонанс», «диссонанс», однако не все понимают, что эти слова обозначают на самом деле. 

Это базовые музыкальные термины. Консонанс – это сочетание звуков, когда нажимаешь аккорд и он звучит приятно. Этот термин можно употребить в любых ситуациях, когда всё идёт по плану. А диссонанс – наоборот, означает негармоничное звучание. На таких базовых понятиях из музыки многое строится в жизни. Необязательно знать наизусть лейтмотивы и либретто какой-то оперы, но понимать музыкальное строение произведений, знать предысторию и контекст их создания – это всегда полезно. Проще говоря, чем больше сфер ты выбираешь для занятий, тем богаче твой мир. 

Почему стоит учиться в двух вузах одновременно? Или почему от такой идеи лучше отказаться?

Такая загруженность тебя дисциплинирует. Постоянные дедлайны, определённая программа, преподаватели, экзамены – всё это развивает твою работоспособность и стрессоустойчивость, которые пригодятся потом на работе. Когда ты учишься в разных местах, ты мыслишь двумя полушариями. Это как жить на две страны с разным менталитетом и говорить на двух языках. Кроме того, чем больше занятий и мест, тем больше приобретаешь полезных навыков, знакомств и друзей. Из минусов только временные издержки. Приходится со скрипом искать в своём графике время на отдых. 

Случались ли у тебя выгорания и как ты справлялся с этим во время учёбы? 

Эмоциональные выгорания – это нормально. 

У меня такое было и в Гнесинке, и на бакалавриате, и сейчас на магистратуре. Это неизбежно, когда у тебя много дел и учёбы, как бы ты ни старался выстроить график, питание. Так как я по своей природе сильный человек, то перегруз на учёбе для меня естественное дело. Усталость я воспринимаю как временную трудность, понимая, что у кого-то в жизни могут происходить более тяжелые ситуации. Обычно я даю себе немного отдохнуть, переключаюсь на другие дела, а потом с новыми силами продолжаю начатое. Амбициозность для меня – основа всего. Это такое чувство, когда, несмотря на усталость и выгорания, желание развиваться подталкивает тебя к новым делам и достижению новых целей. 

Как ты считаешь, обучение в двух вузах должно быть комфортным? Или чем сложнее условия для достижения цели, тем лучше? 

Если ты действительно сильно чего-то хочешь, то условия будут на втором месте. Я вижу такую тенденцию: кто наиболее амбициозен, чаще всего из провинциального города. Скорее всего, он видел, как жить плохо, и знает, как хочет жить хорошо. Такие ребята понимают цену своих действий, допускают меньше ошибок и более работоспособны.

Надо быть в меру голодным до своих целей и мечт, тогда комфорт будет неважен. А кто уже сыт, для того на первом месте – удобство и комфорт, а цели отходят на задний план, в этом их проблема. 

У тебя есть образ идеального человека, к которому ты стремишься?

Как и почти для всех первокурсников МГИМО, для меня примером для подражания был Сергей Викторович Лавров. Думаю, всё, что я делал и делаю по жизни, – это реализация стремления стать дипломатом. Ведь дипломат – очень разносторонний человек. Он должен разбираться не только в конвенциях, международном праве, но и в музыке, например, тоже. Когда дипломат придёт на оперу с делегацией, он не может просто сидеть в прострации и думать: «А что тут вообще происходит?», он хоть примерно должен что-то понимать. Дирижёрскую партитуру наизусть ему знать необязательно, но знать об эпохе, композиторе и музыке, на концерт которой он пришёл, – это обычное требование для уважающего себя сотрудника МИД. Дипломат, в моём понимании, очень эрудированный человек, в том числе в музыке и спорте. 

На пути к тому, чтобы стать дипломатом, у тебя были неудачи? 

Однажды у меня случилась комичная история. Я только переехал из Вологды в Москву. Наступила ночь первого сентября, самого важного дня для каждого первокурсника МГИМО, когда на встречу со студентами приезжает Сергей Лавров. Вечером 31 августа я специально завёл несколько будильников, чтобы точно не проспать. Однако,проснувшись утром, я увидел на часах «9:40», когда мероприятие шло уже более чем полчаса. Мне было так обидно, что я чувствовал, как земля будто уходит из-под моих ног. Быстро собравшись и прибежав в университет, я успел только на конец этой встречи. После этого я долгое время не мог забыть этот казус. Сейчас я отношусь к этой истории с иронией и улыбкой на лице. Надеюсь, что в будущем я смогу исправить эту оплошность и, возможно, даже лично познакомиться с Сергеем Викторовичем.

ноябрь 2021