Никто не голосовал ни за того, ни за другого: президентские выборы в Южной Корее

ТЕКСТ  Полина Горн
Просмотров 831
0,73% — с таким разрывом Юн Согёль победил на южнокорейских президентских выборах 9 марта 2022 года. 10 мая он станет новым лидером Республики Корея на ближайшее пять лет. Что помогло Юн Согёлю победить? Чего следует ожидать от президента, который всего полгода назад начал политическую карьеру? Что мешает корейским руководителям решить многолетние социально-экономические проблемы? Разобраться в этом нам помог кандидат исторических наук, доцент кафедры японского, корейского, индонезийского и монгольского языков МГИМО МИД России Илья Дьячков.

Разные взгляды на общее прошлое: кратко об основных партиях Южной Кореи

Официально в Республике Корея установлена многопартийная политическая система. Но наибольшей поддержкой населения пользуются только две силы: прогрессистская партия «Тобуро» и консервативная «Сила народа». Чем отличаются повестки партий-антагонистов?

В их экономических и социальных программах нет такой очевидной градации, какая, например, есть у демократов и республиканцев в США. Разница между партиями заключается во взглядах на прошлое. Эти силы живая репрезентация двух вариантов южнокорейского политического мифа.

Консерваторы — политические наследники правящих сил времен авторитарного режима (1961-1987). Для них эта эпоха ассоциируется со строительством корейского экономического чуда, правлением сильных лидеров, причем однозначно положительно оцениваемых. Прогрессисты же, наоборот, являются духовными наследниками оппозиции тех времен. Для либералов период авторитаризма связан с преследованиями протестующих, нарушением прав и свобод. Апофеозом стало подавление восстания в Кванджу в мае 1980 года, в результате которого погибло несколько тысяч человек.

Поскольку влиятельных политических сил две, можно сказать, что корейское общество расколото надвое. «Тобуро» пользуется большей популярностью в столице и у молодежи, а избиратели «Силы народа», как правило, старше и проживают в провинции. По этой причине каждые южнокорейские выборы — это процесс, полный интриг и неожиданностей, и их в 2022 году было больше обычного.


О Ли Чжэмёне и Юн Согёле

В президентских выборах этого года кандидатом от демократической «Тобуро» стал Ли Чжэмён, а от консервативной «Силы народа» — Юн Согёль. Кто они и как они стали участниками предвыборной гонки?

Ли Чжэмён — политик с богатым прошлым. Изначально он был адвокатом, но в 2005 году начал политическую карьеру. Ли Чжэмёна дважды избирали мэром города Соннам. В 2017 году он хотел участвовать в президентских выборах, но уступил Мун Чжэину в партийных праймериз. До выборов 2022 года занимал пост губернатора провинции Кёнгидо, по расположению и значению сопоставимой с Московской областью.

Юн Согёль пришел в политику незадолго до выборов. Ранее он был прокурором и в 2016 году возглавил расследование против бывшего президента-консерватора Пак Кынхе. Ее приговорили к 25 годам тюрьмы за растрату государственных средств и злоупотребление полномочиями. Это дело привело будущего кандидата на пост генерального прокурора при прогрессисте Мун Чжэине (2017-2022). Как же Юн Согёль стал кандидатом «Силы народа», если он поспособствовал импичменту и заключению представителя консервативной партии?

Дело в том, что в 2019 году на пост министра юстиции был назначен соратник Мун Чжэина — Чо Гук, против которого выдвинули множество обвинений: его уличали в плагиате научных работ, в неуплате налогов. Юн Согёль выступил за смещение Чо Гука с должности, тем самым порвав дружеские отношения с Мун Чжэином и Демократической партией в целом. Корейским обществом Юн Согёль к тому моменту воспринимался как борец за справедливость, который готов противостоять и прогрессистам, и консерваторам, если вопрос касался соблюдения закона.

На этой волне он выдвигается на президентские выборы как независимый кандидат, а потом «Сила народа», заметив популярность Юн Согёля, берет его под свое крыло. После ареста Пак Кынхе партия переживала кризис идентичности. «Сила народа» искала нового лидера, и Юн Согёль оказался лучшей кандидатурой.


Выбираем лучшего из худших

Социальные опросы жителей Кореи показали, что выборы 2022 года стали выбором «меньшего из зол». Чем же, казалось бы, такие привлекательные кандидатуры не понравились корейскому обществу?

Ли Чжэмён — представитель Демократической партии, которая за пять лет нахождения у власти погрязла в скандалах. Это разочаровало избирателей, проголосовавших за нее в 2017 году. Более того, корейское общество было недовольно экономической политикой Мун Чжэина. Президент проводил смелые социальные реформы: повышал МРОТ, сокращал рабочую неделю, вводил льготы, — все это повышало нагрузку на бизнес, который и так находится в структурном кризисе.

Юн Согёль — эксцентричный политик, популист. В англоязычных изданиях его часто сравнивают с Дональдом Трампом. Предвыборная кампания Юн Согёля состоит скорее из лозунгов, нежели решений. Кандидат также отметился резкими оценками и спорными высказываниями.

Например, он публично похвалил бывшего президента Чон Духвана, фигуру спорную, в частности, из-за подавления восстания в Кванджу. Высказывание возмутило демократов, и Юн Согёль был вынужден извиниться. Однако сразу после этого он выложил в Instagram (соцсеть, признанная в России экстремистской) фотографию, на которой дает яблоко одной из своей собак. По-корейски «яблоко» читается так же, как и «извинение». Некоторые люди посчитали, что Юн Согёль относится к общественности как ко псам, которым он скармливает извинения. Кандидат был вынужден удалить эту публикацию, сказав, что фотографию выложил его помощник, а не он сам.

Эти события показали, что Юн Согёль не всегда говорит нужные вещи в нужное время, что раздражает корейского избирателя. Не все хотят видеть президентом такого непредсказуемого человека.

Иными словами, те, кто голосовал за Ли Чжэмёна, голосовал против Юн Согёля, ведь Ли Чжэмён — достаточно популярный, здравый и опытный политик с продуманной экономической программой. А те, кто выступал за Юн Согёля, выступал против пребывания у власти демократов. Симпатизировавших самим кандидатам было меньше.

Все решила «третья сила»: Ан Чхольсу и победа Юн Согёля

К началу выборов рейтинг Юн Согёля был ниже рейтинга Ли Чжэмёна, но при этом «Сила народа» была популярнее «Тобуро». Если бы ситуация развивалась с той же динамикой, которая прослеживалась в январе, то, наверное, победил бы Ли Чжэмён. Однако предвыборная сделка Юн Согёля с Ан Чхольсу поменяла расклад сил.

Ан Чхольсу — опытный политик и успешный бизнесмен. Он представляет третью силу на южнокорейском политическом поле. У Ан Чхольсу есть 10-15% поддержки, которыми он порой распоряжается по своему усмотрению. Например, во время парламентских выборов 2016 года он объединился с либералами и позволил им завоевать большинство. Сейчас же он примкнул к консерваторам, благодаря чему Юн Согёль в итоге победил Ли Чжэмёна с перевесом в 0,73% — наименьшим в истории Южной Кореи.

Я думаю, что в течение полугода Ан Чхольсу разойдется с Юн Согёлем, потому что корейская политика — это политика персоналий. Долгое время партии в Южной Корее существовали как группы поддержки конкретного человека, и партия Ан Чхольсу именно такая — ему самому лучше быть первым в Вероне, чем вторым в Риме. Ан Чхольсу нужно сохранить репутацию и роль третьей силы, поэтому через какое-то время у него с Юн Согёлем, скорее всего, появятся взаимные претензии, и Ан Чхольсу выйдет из коалиции с консерваторами. 


Прогноз на будущее: когда рельсы спиливают прямо перед паровозом

10 мая 2022 года Юн Согёль официально станет президентом Республики Корея. Чего ждать от бывшего генерального прокурора, политическая карьера которого длится около полугода?

Внешнеполитические решения Кореи во многом зависят от Соединенных Штатов. Но в 2014 году, когда у власти были консерваторы, страна не присоединилась к санкциям против России. Это принесло корейскому бизнесу большую выгоду: например, «Хёндэ» заняла треть российского рынка, который приносит компании 15% от общей выручки. Сейчас Республика Корея все же вводит санкции против Российской Федерации, но старается действовать осторожно.

Мне кажется, что корейский бизнес все-таки будет стараться использовать освобождение российского рынка как возможность увеличения прибыли и экономического влияния. В большей степени это будет касаться неподсанкционных сфер: пищевой промышленности, отельного бизнеса, строительных технологий, малого судостроения. Более того, у меня есть подозрение, что консерваторы будут разменивать показную лояльность по отношению к США на право строить прагматичные отношения как с Россией, так и с Китаем: они будут сохранять контакты с Москвой и Пекином, при этом проводя военные учения с Америкой.

Если говорить о Северной Корее, то, по мнению нашего эксперта, позиция Сеула по отношению к Пхеньяну изменится: консерваторы склонны к политике сдерживания, укреплению союза с США. Но сама межкорейская ситуация измениться не может. На данный момент КНДР считает, что Южная Корея не готова к самостоятельному сотрудничеству, так как она согласовывает все действия на межкорейском направлении с США.

Корейского избирателя внешняя политика будущего президента волнует в меньшей степени, чем внутренние насущные вопросы: состояние экономики, трудоустройство после окончания вуза, старение населения и другие. От каждого нового руководителя корейцы ждут решения этих проблем. Впрочем, согласно действующей конституции, человек может быть лидером страны всего один пятилетний срок, а за него такие непростые задачи трудно решить.

В благоприятной ситуации южнокорейский президент первые два года смотрит что к чему и демонтирует наследие предыдущей администрации, потом один год работает, а оставшиеся два года является «хромой уткой». От политических лидеров ждут чуда, но инструментов для создания чуда у них нет. Если бы в Республике Корея была форма власти, позволявшая одному человеку работать дольше, это бы исключило необходимость заботиться о конъюнктурных вещах и позволило проводить более долгосрочную политику.

Эксперт считает, что сейчас очень трудно предсказать политику Юн Согёля, что связано с одной простой причиной.

В Южной Корее президентские выборы проходят каждые пять лет, а парламентские — каждые четыре года. Парламент был избран в 2020 году, и сейчас прогрессисты занимают в нем абсолютное большинство, 180 мест из 300 — максимальный показатель в южнокорейской истории. При таком парламенте Юн Согёль не сможет ничего предпринять. Даже если президент будет предлагать что-то рациональное, эти идеи будут отвергнуты по причине его принадлежности к консервативной партии. В критический момент, когда он должен поставить паровоз на рельсы и направить его в светлое будущее, Юн Согёль окажется в ситуации, когда рельсы спиливают прямо перед паровозом. И так будет продолжаться до 2024 года, до следующих парламентских выборов.

март 2022